Марр,— это либо криводушное утверждение, либо пережиток средневековья с монастырями
Учебные материалы


Марр,— это или лицемерное утверждение, или пережиток средневековья с монастырями



Карта сайта

Загрузка...

*


Истинный патриот своей Родины, верный друг народностей СССР, Марр всегда считал необходимым связывать науку с практикой социа­листического строительства. Он не раз указывал своим ученикам на за­мечательные слова товарища Сталина, сказанные им на конференции аграрников-марксистов: «необходимо, чтобы теоретическая работа не только поспевала за практической, но и опережала её, вооружая наших практиков в их борьбе за победу социализма» 88.
На первой всесоюзной конференции историков-марксистов в Москве Марр прочитал доклад «К вопросу об историческом процессе в освеще­нии яфетической теории». В этом докладе он говорил о неразрывной связи науки с жизнью. «Наука, не увязанная с жизнью в XX столе­тии,— сказал Марр,— это или лицемерное утверждение, или пережиток средневековья с монастырями. Наука, не увязывающаяся с экономикой и общественностью в социалистически строящейся стране,— это наука без путей, наука без метода»89.
84 Н. Я. Mapp, Избранные работы, т. 2, стр. 179.
85 Там же, т. 4, стр. 230.
86 Там же, т. 2, стр. 107.
87 И. Сталин, Вопросы ленинизма, изд. 10-е, стр. 433.
88 И. Сталин, Соч., т. 12, стр. 142.
89 Н. Я. Марр, Избранные работы, т. 3, стр. 153.
36 Г. П. Сердюченко
Ученый-большевик решительно возражал против попыток рассмат­ривать новое, материалистическое учение о языке лишь в применении к древнейшему периоду человеческой речи. В своем исследовании «Яфетические зори на украинском хуторе» Марр твердо заявляет, что «новое учение об языке никак нельзя приковывать к скале, да заточать в пещеру, предоставляя ему рыться в мало кого интересующей доисто­рии языка, в ее оторванности от последующих ступеней стадиального развития» 90. Язык, как и мышление,— не отвлеченная материя, заявляет Марр, и призывает всех работников советской науки к активному уча­стию в социалистическом строительстве страны.
«Боец научно-культурного фронта», как сам себя называл Марр, он провел колоссальную работу, содействующую развитию национально-языковой культуры народов СССР. С одной стороны, он устанавливал научно-теоретические языковедческие основы для той огромной работы по созданию и развитию национальных письменностей и литературных языков, которая впервые в истории была осуществлена в Советском Союзе на основе ленинско-сталинской национальной политики. С другой стороны, он сам активно участвовал во всех государственных меро­приятиях, связанных с подъемом и развитием национально-языковой культуры многочисленных народов СССР. Деятельное участие в языко­вом строительстве национальных республик и областей он считал обя­зательным и для всех своих учеников и последователей.
Живые бесписьменные и младописьменные языки народов СССР были богатейшим и незаменимым источником, широко использованным Марром при построении им нового учения о языке. Огромное значение изучения этих языков для развития основных положений советского научного языкознания он отмечал неоднократно.
С восторгом Марр указывает на то, что «Октябрьской революцией взорваны замкнутые «миры» и со стройкой Союза Советских Социали­стических Республик идет новое языковое строительство. Весь Союз обратился в лабораторию языкотворчества: 169 не существовавших вчера, или бесправных языков (по, казалось, расово прирожденной от­сталости говорящих на них народов) получают бытие и письменность, идет по ним массовая работа»91.
Таким образом, созданная Марром на основах марксистско-ленин­ской методологии общая теория языковедения в своей конкретно-лингвистической части опирается на богатейший опыт изучения и раз­вития языков и национально-культурного строительства в Советском Союзе.
*
Наука для Марра была всегда партийной. Борясь за создание и развитие советского материалистического языкознания, он прекрасно понимал, что на этом пути неоднократно потребуется пересмотр многих намечавшихся им положений яфетической теории и впоследствии но­вого учения о языке.
Не для всех, даже ближайших, учеников Марра был ясен его путь. Новая идеология, новый метод в работах уже маститого ученого отпу­гивали неустойчивых, колеблющихся и привлекали новых работников и учеников — коммунистов и беспартийных «созвучного закала», кото­рым новый этап работы Марра идеологически был более близок и дорог.
Марр был всегда глубоко самокритичен. И каждый раз, осознавая
90 Н. Я. Ма р р, Избранные работы, т. 5, стр. 250
91 Там же, т. 3, стр. 93.
Н. Я. Марроснователь советской школы языковедения 37
возможные еще в его построениях недочеты и не всегда верное исполь­зование метода марксистской диалектики, он говорил: «Мы охотно при­знаем, что по части марксистской проработки в яфетическом языкозна­нии есть что подправить и исправить» 92. Он желал активного включе­ния историков-марксистов в проверку создаваемого им нового учения о языке. Об этом он писал и в предисловии к сборнику «По этапам развития яфетической теории»; об этом он говорил, обращаясь и прямо к советским историкам на первой всесоюзной конференции историков-марксистов в 1928 году. К критике и самокритике он призывал своих учеников и последователей, стремясь полностью освободиться в созда­ваемом им новом учении о языке от «пелены буржуазного мышления». В критике и самокритике он видел могучий стимул развития и усовер­шенствования научно-теоретической работы во всех областях знания. Этому большевистскому принципу он был верен до последних дней своей кипучей и поучительной творческой жизни.

*


Заложенные академиком Н. Я. Марром основы нового, материали­стического учения о языке во многом плодотворно развиты и допол­нены в трудах его учеников и последователей, в первую очередь в ра­ботах академика И. И. Мещанинова. Достаточно указать, что прове­денное уже после смерти Марра углубленное и всестороннее изучение многочисленных языков народов Советского Союза привело к исключи­тельно ценным результатам и содействовало как обогащению советской языковедческой теории, так и дальнейшему развитию и расцвету этих языков.
Советская лингвистика имеет в настоящее время большое количе­ство ценнейших языковых материалов, требующих тщательного ана­лиза и внимательного научно-теоретического изучения и обобщения.
Однако в последние годы вскрыт ряд крупных недочетов в языко­ведческой работе в СССР. Эти большие недочеты были охарактеризо­ваны в ряде статей, опубликованных в текущем году на страницах «Правды»
(5 января, 25 августа и 14 сентября), в газете «Культура и жизнь» (11 мая и 30 июня) и в «Литературной газете» (6 апреля и др.). Вопросу о современном положении в советском языкознании и о мерах улучшения языковедческой работы в Академии Наук СССР было посвя­щено специальное заседание Президиума Академии Наук СССР 21 июля текущего года.
Президиум Академии отметил «ряд тревожных признаков, указы­вающих на неблагополучие на лингвистическом фронте». Активизация враждебных материалистическому языкознанию направлений и влия­ние на отдельных советских языковедов реакционно-идеалистических течений дореволюционного русского языковедения (школы Фортуна­това, Шахматова и др.), а также зарубежной буржуазной лингвистики отмечены в работах академика В. В. Виноградова, действительного члена Академии Наук Грузинской ССР А. С. Чикобавы, члена-корр. АН СССР
А. А. Фреймана, проф. М. Н. Петерсона, А. С. Реформат­ского и других.
Президиум Академии Наук своевременно указал и на недопустимое забвение большевистского принципа партийности, характеризующее работы ряда советских языковедов. Особо нетерпимы объективизм и примиренчество в решении основных научно-теоретических вопросов в языковедении, проявляемые некоторыми сторонниками нового учения
92 Н. Я. Марр, Избранные работы, т. 1, стр. 267.
38 Г. П. Сердюченко
о языке. Нежелание отдельных представителей в руководстве языко­выми институтами Академии Наук СССР развернуть в институтах подлинно большевистскую критику и самокритику, естественно, привело к формально-идеалистическому решению многих основных вопросов со­ветской науки о языке даже в среде сторонников и последователей Марра.
Президиум указал на попытки возрождения реакционной теории пра­языка иногда в замаскированном (член-корр. АН СССР Д. В. Бубрих), а иногда и не в замаскированном виде (член-корр. АН СССР А. А. Фрейман), на попытку реабилитировать формально-сравнительный метод буржуазного языковедения (члены-корр. АН СССР В. М. Жирмун­ский и
Д. В. Бубрих, а также А. В. Десницкая и М. М. Гухман), пропа­гандировать расистскую «теорию» о превосходстве языков аналитиче­ского строя, как английский, над флективным русским и другими сла­вянскими языками (В. М. Жирмунский и его ученики и последователи). Касаясь работ академика В. В. Виноградова по вопросам истории рус­ского литературного языка, решение Президиума АН СССР указывает на порочность его концепции, согласно которой весь исторический про­цесс развития русской литературной речи сведен к процессу якобы «ев­ропеизации» русского языка.
Несомненно, что возрождению в советском языкознании реакцион­ных «теорий» буржуазной лингвистики в значительной мере способство­вало то, что разработка основных проблем советской материалистической науки о языке в последние годы проходила в крайне одностороннем на­правлении. Сосредоточивая основное внимание на проблемах синтакси­са, задаче важной и безусловно требующей к себе исследовательского внимания, представители нового учения о языке оставили вне поля зрения материалистического языкознания всю остальную совокупность лингвистических проблем — фонетики, лексики, семантики, морфологии, так же как и всех основных вопросов истории конкретных языковых систем и отдельных языков. В результате большая сумма важнейших лингвистических проблем оказалась разрабатываемой лишь представите­лями реакционно-идеалистических течений в языкознании, которые вплоть до 1948 года практически не подвергались никакой критике.
Одностороннее увлечение представителей нового учения о языке лишь областью синтаксиса привело как к естественному следствию к широкому проявлению формалистических тенденций и в самих синтакси­ческих исследованиях, отрыву этих исследований от вопросов конкрет­ной истории народов — носителей и создателей языка, от вопросов связи истории языка с историей материальной культуры, что явилось наруше­нием обязательного требования Марра.
Из планов научно-исследовательской работы языковых институтов Академии Наук в последние годы совершенно выпали проблемы, внима­тельно разрабатывавшиеся Марром: проблема словаря, семантики и истории материальной культуры, истории языка и истории народа, его создавшего; проблема языка и нации; проблема языка и класса; вопро­сы развития национальных языков и письменностей народов СССР и ряд других.
За 15 лет после смерти Марра оказались разрушенными и те плодо­творные научные связи между языковедами, историками, археологами и этнографами, которые были им установлены и всегда вели к боль­шой плодотворной научно-исследовательской работе. Как правильно отмечено в постановлении Президиума Академии Наук СССР, за послед­нее десятилетие ни Институт языка и мышления имени Н. Я. Марра АН СССР, ни советская лингвистическая наука вообще не дали ни одного
Н. Я. Марр основатель советской школы языковедения 39
исследования, связанного с проблемами этногенеза и глоттогенеза, не­смотря на ряд попыток историков, археологов и этнографов поставить перед языковедами эти вопросы.
Почти совершенно прекратилась в последние годы и разработка проблем стадиальности в истории языков мира с позиций, намеченных Марром. Дискуссия, проведенная три года назад по этому вопросу в Институте языка и мышления имени Н. Я. Марра в Ленинграде, про­шла в чисто формалистическом плане. На этой дискуссии при обсуж­дении вопроса о стадиальном развитии языков было совершенно забыто требование Марра тесно связывать историю и развитие языковых фактов с историей материальной культуры и общественных форм. Выступавшие на этой дискуссии договаривались до утверждения, что для решения вопроса о стадиальности в мышлении и языке достаточно обратиться к «самому языку», что «он один может ответить на вопрос о стадиях»93. Так, высокопрогрессивное, материалистическое учение Марра о развитии языков мира было сведено к типичному для реакционной зарубежной лингвистики положению о том, что «единственным и истинным объектом лингвистики является язык, рассматриваемый в самом себе и для себя»
(Ф. Соссюр). Правы были авторы статьи «За передовое советское язы­кознание» в газете «Культура и жизнь», утверждавшие, что в трудах уче­ников Марра «имеет место отказ от учения о стадиальном развитии языка и мышления, обусловленном ходом социально-экономического процесса».
Президиум Академии Наук СССР отметил, что распространенное в последнее время в советском языковедении учение о «понятийных кате­гориях», угрожающее перерасти в представление об особом «языковом мышлении», противоречит учению о языке как общественно-идеологиче­ской надстроечной категории. В нем нарушено марксистско-ленинское учение о единстве языка и мышления и об обусловленности развития человеческого сознания и языка развитием материальных условий жизни.
Резкой критике Президиум подверг отдельные издания по языковым вопросам. Весьма ярким показателем отрыва ряда языковедов от ведущих проблем материалистического языкознания в сторону частных, чрезвычайно второстепенных грамматических вопросов является, по со­вершенно правильному указанию Президиума, выпущенный в свет в 1948 году XI том сборника «Язык и мышление», резко отличающийся в этом отношении от предшествующих сборников, поднимавших крупные научно-исследовательские проблемы большого принципиального зна­чения.
Совершенно недопустимо велся до самого последнего времени руко­водящий академический журнал «Известия Академии Наук СССР. От­деление литературы и языка».
Журнал не только не возглавил борьбы с реакционными тенденция­ми в языковедении, не только не откликнулся на статьи в партийной и советской печати, указывавшие на существенные недочеты в языковед­ческой работе, но систематически проводил линию полного примиренче­ства к реакционным тенденциям в языкознании, предоставляя свои стра­ницы для широкой пропаганды открыто или замаскированно враждеб­ных новому учению о языке взглядов различных авторов (статьи Куриловича, Булаховского, Фреймана, Бубриха и ряда других). Лишь в кон­це 1948 года журнал начал печатать в отделе хроники некоторые мате­риалы развертывавшихся независимо от журнала и его руководства
93 См. «Известия Академии Наук СССР. Отделение литературы и языка», 1947, № 3.
40 ^ Г. П. Сердюченко
дискуссий по лингвистическим проблемам. Однако, «добру и злу внимая равнодушно», журнал занял позицию стороннего наблюдателя, объек­тивистски печатая как передовые высказывания, так и путаные и глубо­ко ошибочные выступления, не считая нужным снабжать их какими-либо редакторскими комментариями. До последнего времени журнал не по­святил положению на языковедческом фронте ни одной передовой статьи, не счел нужным развернуть на своих страницах критику и разоблачение новейших реакционно-идеалистических «теорий» в зару­бежном языковедении.
Результатом подобного нетерпимого положения в области языкове­дения явился и ряд крупнейших недочетов в работе по изучению и раз­витию языков и письменностей народов СССР, в области так называе­мого языкового строительства. Необычайно мощный подъем народного хозяйства и культуры в национальных республиках и областях Союза дал новые исключительно могучие стимулы для развития национальных языков народов СССР. Созданные на различных национальных языках в СССР крупные произведения художественной литературы, авторы ко­торых удостоены Сталинских премий, говорят о высоком уровне языко­вой культуры в разнонациональных и разноязычных советских респу­бликах и областях.
Перед языковедами Советского Союза встали сейчас новые ответ­
ственные задачи по установлению норм развивающихся литературных
языков и письменностей, составлению сводов орфографий, общих и
терминологических словарей, научных и практических грамматик, по
внедрению норм новых литературных языков в массы населения и ряд
других. Но в последние годы все эти вопросы не находили себе места
в планах научно-исследовательской работы академических институтов.
Их научные сотрудники нередко предпочитали кабинетную узко теоре­
тическую работу осуществлению важнейших политических, научно-
практических задач, связанных с дальнейшим подъемом и расцветом
национальных культур и языков в Союзе. Тем самым работа в
области теории языкознания оказалась оторванной от важнейших
практических задач языковой работы в многонациональном Советском
Союзе.
Лишенные научного руководства и координации, лингвистические центры на местах, как правильно отметил Президиум Академии Наук СССР, допустили ряд серьезных ошибок и недочетов в алфавитной практике, в разработке национальных орфографий и терминологий, словарей и грамматик отдельных языков. Наблюдается еще создание искусственных, чуждых народу арабо-персидских, турецких и других терминов, вместо хорошо известных и широко распространенных в народе русских терминов, в частности созданных в советскую эпоху. Совершенно не уделяется внимания разработке вопросов советской теории перевода и не изучается богатейший переводческий опыт в Советском Союзе. Значительным недочетом в работе советских языкове­дов является и отсутствие у них интереса к изучению вопроса о степе­ни понимаемости и использования вновь созданных национальных лите­ратурных языков массой населения данной национальности.

Ликвидируя вскрытые в советском языковедении серьезные недочеты, советские лингвисты должны обеспечить глубокое и всестороннее раз­витие нового учения о языке, созданного крупнейшим советским ученым академиком Н. Я. Марром. На них ложится и ответственная задача по
Н. Я. Марр основатель советской школы языковедения 41
развертыванию решительной борьбы за советское материалистическое языкознание, его дальнейший подъем, против всяких проявлений реак­ционно-идеалистической идеологии в науке о языке и примиренчества к ним в среде советских языковедов. Своевременное и острое разоблаче­ние новейших течений зарубежной реакционно-идеалистической лингви­стики также будет способствовать развитию советского передового языкознания. Усиление внимания к работам по дальнейшему развитию национальных языков и письменностей Союза, повседневное участие в этих работах, несомненно, обогатят советскую материалистическую науку о языке и устранят тот недопустимый разрыв между теорией и практикой в языковой работе, который так остро стал ощущаться в по­следние годы. Осуществление этих задач будет лучшим памятником замечательному советскому ученому, борцу за передовую науку, осно­вателю нового, материалистического учения о языке — академику Ни­колаю Яковлевичу Марру.


edu 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная